Archive for the ‘Новости’ Category

Королева с незажженными свечами

Понедельник, Сентябрь 14th, 2009

3 — 4 — 7
Фонари будут расти вниз,
В асфальт,
До уровня осветителей газона.
Автомобили перестанут включать фары,
Они меня слепят,
Неужели не ясно?

Расту.
12 – 15 — 20
Повсюду – хлорофилльная шифровка,
Научишься читать, и все просто.

Входи в комнату без дверей.
22.
Королева с незажженными свечами,
Не пристегнешь мне ошейник,
Но я пойду за тобой.
Нарисуй привидений на черной стене,
23 — …………..
Жизнь продолжается.

Разгонишь туман,
Смеяться можно, да,
Мое недоумение…
Ни много ни мало.
Королева с несожженными руками,
Неотданным сердцем.

30.
Я забыл тебя, — — — — —
Упал к твоим ногам.
Могло быть и лучше.

Заброшенная в угол вуаль.
Королева,
Смотри на меня.
Мне не стыдно.

Антигерои ничейного времени

Пятница, Сентябрь 11th, 2009

У него был собственный сайт,
Собственный забор вокруг гаража
Для папиной машины;
И красив, весь в маму,
Он пел своим девочкам песни о чужой любви,
Сам любил чужих девочек,
А девочки любили то же самое пиво,
Что любил он.
Узнав его, я понял,
Что нельзя не писать про таких парней,
Мы — антигерои ненашего времени,
У него есть всего понемногу,
У меня – одно большое,
Необъятное Ничего.
У него будут дети,
А у меня жена,
У него внуки,
А я расплачусь по ипотеке,
И он придет ко мне отдыхать
От всего своего выводка,
И будем спорить,
Кто из нас был круче
Все эти невыносимые 40 лет,
И обязательно заявится какой-нибудь бог,
И остановит часы.

Рюмка за рюмкой,
Слово за слово.

Качаем Кэти

Понедельник, Сентябрь 7th, 2009

— Сабля
— Разнообразное огнестрельное оружие
— Черные ботфорты на высоком каблуке и кожаная мини-юбка
— Плетки и наручники
— Алкогольные коктейли с человеческой кровью и прочими нечистотами
— Сигареты с петардами внутри для гопников
— Мясницкий тесак
— Толстые старинные восковые свечи
— Коллекция цветных обмылков
— Коллекция газовых баллончиков
— Парашюты с неисправным механизмом для желающих приятно провести вечер
— Бита бейсбольная. 4 штуки
— Пиджак смертника для плохих бомжих
— Портативная петля, переносная, с крепительным механизмом

Это далеко не полный список вещей, которые мы сегодня, в день рождения Кати Огнерубовой, с удовольствием у нее отобрали, чтобы эта великолепная девушка по-прежнему оставалась на свободе.
Поздравляю тебя, Катерина, от всех своих 10 печатающих пальцев (да, я умею печатать всеми пальцами), и от всей души заодно. Желаю тебе бесполезных в быту, но безумно красивых подарков; бесполезных в беседе, но невероятно красиво падающих гопников, и, самом собой разумеется, начальника, который не обижается на слова «козел» и «вонючий зануда».
И еще, самое главное, — желаю тебе хороших друзей, которые стоят у тебя за спиной и ждут момента, когда можно будет…
Кричать «сюрприз», запускать фейерверки и открывать водку.

С ** — летием!

Дуй на свечи.

Злость, раздражение, гнев и т.п. за отчетный месяц

Четверг, Сентябрь 3rd, 2009

— Нет денег на бильярд.
Зря я это сказал. Видите очередь с соседнего квартала? Это люди, изъявившие желание поговорить со мной о работе.
Честно сказать, давно не чувствовал себя так паршиво. Не важно, какой камень дать человеку в руки. Если камень есть, человек его бросит. Похуй, если он называется другом. Похуй. Сколько раз сказать, чтобы вы прочувствовали глубину этого слова?
Беседы о работе как растворимый кофе или чай. Это не страшный наркотик, но наркотик. Имя ему – привычка. С тех пор, как окончил универ, я понял, что отвыкнуть будет трудно.
Если собрать на площади митинг «мой начальник – сволочь!», соберется весь город, и они будут с гордостью, тыкая себя в грудь, доказывать, что именно их начальник – самая большая сволочь.
Я слушаю убеждения двух видов:
— После пяти лет обучения работать грузчиком смешно;
— Работай грузчиком, потому что на большее ты не способен.
Мне нравится и то, и другое, потому что то и другое построено на логике, а я ее люблю.
Цель написания блога одна: выместить злость. Я не хочу кого-либо в чем-либо убеждать. Я не хочу жаловаться; когда чувствуешь себя хуево, ничего и никто не поможет, потому что это естественный природный процесс. Он у всех иногда бывает.
Я искренне и, может быть, наивно верю, что я не виноват в том, что не считаю себя бездарем. Я верю также, что не виноват в том, что не желаю, чтоб меня эксплуатировали в сфере, которую я всей душой ненавижу.
Если честно (пора отбросить эту вводную, я не помню, когда последний раз врал, хотя всякий раз хочется), я боюсь завязнуть в «малом». То есть, говорят «начинай с малого», многие так и делают. Я практически уверен, что многие на этом малом и застревают, потому что вроде «золотая середина» есть. Нахрена рисковать? Ерунда или нет? Не знаю, мне нужны 40-летние друзья, тогда пойму наверняка, а пока предполагаю.
Пользуясь своей любимой моделью (покерной), «стоит подождать лучшей карты». Нетерпение порой губительно.
Похоже ли все это на рабство? Да. Многих раздражает, если к вечеру ты не выглядишь заезженным, как самая юзаная в колхозе лошадь. Я, правда, пока только готовлюсь к принятию этого гордого титула…
Застрелиться? Нет, нет. Семья это не оплатит, мы только что сделали ремонт. Значит, нужно заработать хотя бы на кремацию.
Шутка, конечно. Все сказанное выше просто ебучая шутка.
Однако, цель выполнена.

Огнерубова, которой нет

Среда, Сентябрь 2nd, 2009

Огнерубова, которой нет, навестила меня в 4 утра. Я как обычно не спал, потому что я сраный бездельник (решил сразу говорить начистоту, иначе потом будет сложно искать компромиссы).
Ее зовут Кэти, она симпатичная, когда она есть, и загадочно-манящая, когда ее нет.
Так вот, когда ее не было, она влетела в комнату вихрем и сказала:
— Ну!
— Привет! Я тебя ждал! – сказал я.
— Вранье.
— Ну хорошо. Я ждал ту, которая есть.
— Так бы сразу. У меня сейчас несколько рейсов, в основном в европейские столицы. Нужно договориться с миллионом людей, и если я чего-то не успею, уволят к херам пингвиньим.
— Кто?
— Я не знаю, как называется наша фирма, — сказала она, бросив сумку на кровать. Села.
— Боже мой, ты села! – воскликнул я. На этот раз я не разыгрывал эмоции. Правда, было удивительно.
— Что тут происходило, пока меня не было?
— Огнерубова, которая есть, приходила и переставила всю мебель.
— Зачем?
— По фэн-шую.
— Шутишь?
— Всегда.
— Иногда для разнообразия мог бы и смешно пошутить.
— Спасибо, Кэти. Если бы ты почаще здесь бывала, может, и застала бы такой момент.
— Ты хочешь сказать, я редко бываю дома?
— А где твой дом?
— Я же сказала, я не знаю.
— Ты сказала, что не знаешь, как называется твоя фирма.
— Послушай, человек, который всегда существует…
— Так, давай без оскорблений сегодня, можно?
— Ты же знаешь, милый, нельзя. В общем, если бы я могла все знать, я бы конечно все знала, а поскольку я в любом случае многого не знаю, то почему бы не сосредоточиться на этом?
— Незнание – твой конек, — сказал я.
— Нет, я не застану этот светлый день, — мрачно улыбнулась Кэти, — готова спорить, что и та, которая есть, не помнит, когда ей последний раз здесь было весело.
— Она живет на Земле. Почему ей должно быть весело?
— Не все такие мрачные уебки, как ты, — она заглянула в монитор. Я что-то печатал. Потом она пошла на кухню, заварила кофе и выкинула в окно хлебницу.
— Какого черта?
— Это моя хлебница. Хлебница, которой нет.
— Логично. Поможешь мне дописать рассказ?
Она молча подошла к компьютеру, нажала пробел и держала его две минуты.
— Концовку сам добей, — сказала она и стала жадно глотать кофе.
— Не захлебнись, — предостерег я.
— Дурак, — сказала Кэти, выплюнув часть кофе на ковер.
— Ковер тоже придется выбросить? – спросил я.
— Сам решай.
— Я хочу подарить тебе его.
— Хорошо, выбрасывай. Спасибо.
— Слушай, Кэти, я не сказал… Через пять минут придет Огнерубова.
— Которая?
— Которая есть. Не тупи. Ты ведь уже здесь.
— А третья?
— Есть третья? – я вскинул брови.
— Этот жест тебе не идет. Дружище, да тебя наебывают! Какая прелесть! Они обе имеют твой кофе, а ты думаешь, куда это все в нее влазит? Они обе смотрят твой телевизор, а ты думаешь: у меня же нет телевизора… Черт… Господи, они смотрят мой телевизор! Так, я убью ее, кто бы ни пришел.
— Погоди, не горячись. Расскажи, кто третья?
— Огнерубова, которая иногда. Это такая смешная блондинка, она стебется все время. Ты должен знать. Она, должно быть, иногда весь вечер это делает, замечал?
Меня осенило. Да, вротмненоги, так и было! Она использовала меня. Они все используют меня. Осталось решить, для чего они меня используют. А, похуй, пойду на блеф. Сначала оскорблюсь, потом решу, зачем.
— Огнерубовы, вы охренели нахрен к херам! – сказал я, пытаясь выглядеть спокойным.
— Мы не желаем тебе зла.
— А зачем тогда вы все здесь тусуетесь?
— Ты же сам нас приглашаешь.
— Неправда!
— Ой, да ты еще и не помнишь ничего! Не день, а сказка. Жаль, что бежать надо скоро.
Кто-то хлопнул дверью. Это была Огнерубова, которая есть. Она вошла в комнату, поздоровалась и села рядом с Огнерубовой, которой нет.
— Тебе нужно уходить, я знаю.
— Ты права. Но – хуй. Потерпишь меня немного.
Кэти, которая есть, встала и подошла к балконной двери. На балконе возникла Огнерубова, которая иногда. Мы все охренели. Она разбила стекло и сказала:
— Вам жарко.
— Теперь нет, — сказал я.
— У меня послание к вам всем.
— Откуда, — спросила та, которая есть.
— Нахуй его, — сказала та, которой нет.
— В доме стали пропадать вещи, — сказал я.
— Меня здесь не было, — сказала та, которой нет.
— Не ждала от тебя такой банальности, — сказала та, которая иногда.
— Заткнитесь, — сказала Кэти, которая есть.
— Спасибо, — сказал я.
— Заткнись и ты. Какие вещи пропали?
— Ты просила заткнуться, — ответил я.
— И все-таки ты пиздишь, — сказала Кэти, которая иногда.
— Сходи к соседям, малыш.
— Зачем?
— За ружьем.
Соседи охотники. Они привыкли, что я иногда беру ружье, но никогда не стреляю. По крайней мере, они не слышали. Они вообще редко что-то слышат, мужик вес день работает перфоратором.
— Кстати, Кэти, можешь и перфоратор прихватить.
— Зачем?
— Заткнется наконец.
— И так тихо.
— Конечно, идиотка, 4 утра, — сказала та, которой нет.
— Не в этом дело, — я показал на потухший монитор, — электричество вырубили.
— Позвони электрикам.
— Зачем они мне?
— Не знаю, просто хотела дать дельный совет.
— У тебя получилось, — сказал я и тоже сел на диван. Все это начинает утомлять, — а что за послание-то?
— Это не тебе.
— Ты сказала, что всем.
— Всем нам. Без тебя разберемся.
— Ну и пошли вы все!
— Ты ужасен.
— Да.
— Да.
— Да.
— Да.
— Согласна со всем вышесказанным.
Огнерубова, которая иногда, полезла на соседский балкон.
— Дайте ружье ненадолго, — донесся ее звонкий голосок. Раздался выстрел.
Кэти снова оказалась на нашем балконе.
— Жлобы, — сказала она.
— Итак, давайте решать скорее, как будем делить территорию, — сказала Кэти, которой нет.
— Вы про меня не забыли? – спросил я.
— Как раз и нет.
— Я буду съедать все, что появляется в холодильнике, — сказала Кэти, которая есть.
— Тупо, но ладно. Это хорошо, — сказала та, которой нет.
— Я буду вышибать стекла, вырубать электричество и затапливать соседей, — сказала та, которая иногда.
— Отлично. А мне он будет дарить подарки, — улыбнулась Кэти, которой нет.
— Как это? – спросили другие.
— Как ковер. Он вам потом расскажет. Все, у меня рейс, я уебываю.
— Погоди, — я остановил ее, — зачем это все?
— Чтобы было смешно.
— А что тут смешного?
— Я тоже задаюсь этим вопросом, когда читаю твои параноидальные, скажем так, записки закомплексованного лентяя.
— Не многовато эпитетов для одного предложения? – спросил я.
— Дружище, мы сейчас разговариваем. И не пишем, повторяю, НЕ пишем это даже на диктофон. Секретарь?
— Так точно, не пишем, — отозвалась Кэти, которая иногда.
Кэти, которая есть, сказала той, которой нет:
— Все, вали, остоебенила умничать. Пока.
— Всем хорошего дня. Вернусь не скоро.
— Погодите, — встрепенулся я, — серьезно: что тут смешного?
— Мы живем где?
— На планете Земля? – робко сказал я.
— Верно! Ни хуя! Ни хуя тут смешного нет. Но нам нравится. Да, девочки?
— Здесь никого нет, Кэти.
— Да, точно. Чего это я… Надо сделать кофе.
— Его выпила Кэти, которой нет.
— Я убью эту суку.
— Убъем ее вместе, — предложил я.
— Нет. Она же вернется нескоро.
— Тогда что будем делать?
— Ложись спать.
— А ты?
— А я лягу спать, — сказала Кэти, которая есть, и ушла быть в зал на диван. Там она раскинулась в позе резиновой звезды. Я не мог хладнокровно смотреть на эту красоту, и решил прогуляться.
Нужно срочно придумать, в какое из баров пойти, чтобы меня не нашла Кэти, которой нет. От нее не так просто скрыться. Тем более, она сейчас должна быть в Праге. А это значит… Боже мой… Это значит, что…
Бледный бармен с дрожащей рукой плеснул мне пивом в лицо.
— Вы за это ответите! – угрожающе сказал я.
— Мог хотя бы укрыть девушку одеялом, — сказал бармен и вышел курить на улицу. Я налил ему кофе и оставил немного денег.

Я вернулся домой и накрыл Кэти, которая есть, одеялом; сам сел рядом и смотрел на нее. Потом неведомая сила опрокинула меня на пол, и я, кажется, уснул. Не исключаю, что приходила Кэти, которая иногда, потому как я проснулся под тремя одеялами, потный, как мексиканский боксер.

6 часов утра, Джейн

Вторник, Август 25th, 2009

Шесть. Это поздно или рано?
Зачем пишу?
Многие ли бодрствуют в такое время? Кто-то спит, кто-то только просыпается, но бодрствуют не часто.
Иногда ты засыпаешь с открытой аськой, а я в нее пишу. Мне несложно представить, что я пишу туда и сейчас, но на самом деле я так не сделаю. Ты не прочитаешь это письмо. И это не эксперимент, потому что я не собираюсь сомневаться в правомерности и даже логичности такого общения. Думаю, завтра ты проснешься в хорошем настроении, Джейн, потому что на сегодня ты – единственный человек, с которым я щедро поделился своей ментальной энергией.
У меня нет других вариантов быть с тобой рядом, Джейн. Если только я не начну сходить с ума.
Почему пишу в Интернет? Возможно, позже я дам тебе ссылку, и мы посмеемся над этим. Я люблю смеяться с тобой. Последнее время обычно выходит так — смеешься с желанием кого-нибудь ударить. Ну, а ты – другое дело, Джейн.
Глаза моей черной пантеры не похожи на твои. Нисколько. Почему я смотрю в них? Ты права, это странно.
На улице сейчас так тихо, что совсем не хочется возвращаться. Я хочу остаться в 6.03 утра. На какое-то время.
Выходит, время раздвоилось. Что ж, не впервой.
Что тебе снится? Мне часто снятся кошмары. Они меня веселят, и я просыпаюсь в отличном настроении. В отличие от снов добрых и ласковых. Надеюсь, что у тебя не так. Ты ведь еще не рехнулась, Джейн. Шучу. Этого не будет, конечно. Надо сказать, кошмаров мне снится больше, но, может, я просто чаще их запоминаю. Если бы ты мне приснилась, я бы тоже запомнил. Но пока это получалось всего пару раз, и то давно.
Давай так, Джейн: я все-таки лягу спать.  Обещаю. А ты обещай, что это письмо окажется у тебя. Как-нибудь. Давно мы с тобой не говорили о таких глупостях.
И еще, скажи мне, Джейн – я переоцениваю силу мысли?
Я многое переоцениваю, да?

Об удаче, американском юморе и удельном весе мысли

Суббота, Август 22nd, 2009

Умный эпиграф:

Удельный вес определяется как отношение веса вещества P
к занимаемому им объёму V

Думаю, Джонни Лодден поступил жестоко. Я понимаю, два туза, но надо было сбрасываться. Это же Эсфандиари. Это же был Эсфандиари!
Только начнешь смотреть турнир, в предвкушении, и на тебе: пару сдач, вот уже и Фил Айви пошел обратно в отель. Это я, начиная об удаче. Как бы ты ни был силен, иногда тебе не везет. Об удаче на сегодня все.
Пока я это записываю, смею заметить, меня нисколько не мучает совесть оттого, что вряд ли многие поймут, о ком идет речь. Также она не мучает и американских писателей, которые очень любят рассуждать о своих звездах бейсбола или регби. Я вот читаю и не понимаю ничего. Но иногда мне смешно от них.
Возник вопрос: всегда ли умные люди смеются над умным юмором, а тупые – над тупым?
Я не смеюсь, когда слушаю Жванецкого. Хотя иногда он мне нравится. Вообще, немногие над ним смеются. Но все признают, что это остро. И умно.
Когда я впервые услышал от брата своего друга фразу «Мне все это остопиздело», я ржал полчаса. А потом еще периодами, весь день. Это позже уже пошли всякие заменители типа «остоебенило» и «членоподобно». Правда, над «однохуйственно» мы просмеялись еще в средней школе.
Тупой американский юмор, как бы он ни был туп, популярен и в России. Например, «The Simpsons» и «South Park». Хотя нет, «South Park» — чертовски умный сериал. Особенно для американцев. Отличный способ понять, что со стороны они выглядят даже смешнее русских. Раньше я думал, что смешнее русских никого нет.
И немного о графомании. Как вы думаете, когда я закончу эту заметку? Через 8 минут. Потому что пора будет покурить и надрать задницу европейцам, которые впервые увидели колоду в 52 карты. Кстати, слышали о французской колоде? Там 32, без шестерок. Интересно, на чорта такие эксперименты. Спросил бы… Да нет французов поблизости.
К чему это я?…. Точно. К тому, что я могу говорить столько, сколько у меня есть свободного времени. А это, в свою очередь, подводит меня к главному вопросу, так скажем, ядру данной записи (если бы я умел, устроил бы опрос):
Теряют ли мысли свой удельный вес, если подаются в бо’льших количествах, чем положено (по этикету или какой-нибудь конвенции по чьим-нибудь правам) ?
Привет? Нормальная концовка. Какая запись, такая и концовка.

Близким и/или…

Пятница, Август 21st, 2009

Одни звонят в ЖЭК, просят усилить отопление,
Другие бегут покупать обогреватели,
Третьи молятся, просят больше солнца,
А кто-то выбирает позу, в которой получится эффектнее замерзнуть.

Тысячи людей с блокнотами на улицах
Ждут звездопада.
Девочка, поймавшая бездомного котенка,
Будет кормить его дома. Мест больше нет.

У кого-то в багажнике запасная канистра бензина,
Долгая дорога без остановок.
Другие забронируют билеты на первый попавшийся рейс,
Быстро, без сомнений, лишь помада на стекле и один прощальный взмах.

Тысячи людей с блокнотами на улицах,
В очереди за своим чудом.
В домике на холме, в чехарде снегов, дождей и ветра,
Девочка кормит котенка.
Иррациональная единица в наших формулах.
Задача не имеет решения.
Тысячи людей не имеют желания
Понять, что это так.
Звездам отдается столько тепла,
Парадокс – они все равно холодны.

Твоя мечта сродни пиратской карте,
Разорванной надвое. Безошибочно используя свою половину,
Уходишь все дальше от того, кто с дрожащими губами
Сжимает в кулаке половину другую.

Звезды бесшумно ложатся за горизонт
Под стук твоих удаляющихся шагов.

О часах и фантазии

Четверг, Август 20th, 2009

Хочу спать.
Может ли человек хотеть спать только от того, что у него немного опух глаз? В данном случае под человеком имеюсь в виду я. Не удивляйтесь.
Пока ходил за сигаретами, поймал интересную мысль. Интересно, где она сейчас? Может ли мысль покинуть человека только потому, что он немного посмотрел телевизор?
Возможно, мне стоит родить. Мне кажется, я могу стать хорошим отцом. А вот хорошим мужем — вряд ли. Выход очевиден и логичен. Есть только одна проблема: рожать нужно обязательно девочку (потому как мужчин я на дух не выношу). Отсюда вытекает вторая проблема: хватит ли меня на то, чтобы родить красивую девочку? А девочка должна быть красивой, потому что фраза «…., а родись счастливой» сейчас абсолютно не звучит.
Есть над чем подумать, когда с глаза сойдет опухоль, и мне не будет казаться весь день, что надо спать. Когда ты один, слово «спать» теряет всякую привлекательность, а кровать радует только в те моменты, когда хочется как следует уебать, неважно во что.
Не люблю, когда кончается день. Последние полгода мне начинает казаться, что у меня не так много времени.
К слову о времени: в комнате должно быть двое часов (когда писал стих, свернул не в ту сторону; должно быть, это знак). И они должны идти в разных направлениях. Люди изобрели только часы, идущие вперед. По-моему, это смешно. Фарс, мать его, в крайнем случае — самоирония. Мы как будто живем только вперед, хотя на самом деле, очевидно, что в обе стороны. Это вопрос реальности и не-реальности.
Самый замечательный пример – фантазийный суицид. Ты вешаешься (или, чаще, вскрываешься), плачут все-все-все, даже те, кто видел тебя раза два, а потом – опа! Чудесное спасение. Кто умирает в собственных мыслях? Если бы это была просто фантазия, не более, можно было бы и умереть, как умирают в кино, например, или в книгах. Но ты же, черт возьми, не в кино. А где?
Если бы было принято считать фантазию ровней реальности, было бы проще. Относительно счастья и несчастья было бы легче выбрать и тяжелее оправдаться, а это, я думаю, хорошо. Если бы… Вот именно.
«А что, если бы?….» — задумался. Если бы родился в другой стране? в другом городе? закончил другой вуз? не был склонен к философии, а больше к работе? был мужланом? был аристократом? – поехали. Эти мыслишки разрастаются со временем до неузнаваемости, и образуют даже не зеркало реальной жизни, а что-то совсем отдельное. И это отдельное тоже можно измерить временем. Стоит ли?
Безвременное занятие обречено не дойти до итога. Если я решил какое-то время посидеть дома, а потом пойти в библиотеку или куда-то еще, я весь день остаюсь дома. Нужно задать координаты.
Когда время фантазий отмерит цифру, которая будет пугать, возможно, они перерастут во что-то большее, нежели прогулки с тобой-любимой по улочкам города.
Дальше в силу вступает то, против чего невозможно бороться – ее величество привычка. Завершенные фантазии – к завершенной реальности. (К слову, целью данной записи является запудривание мозга читателя, но, прошу отметить, цель есть!)
Когда человека, по какой-либо причине, нет рядом, мы, допустим, храним его фотографию. И кажется, вот он, здесь. Потом его образ распространяется дальше: книги, которые он читал; цветы, которые ему (ей) нравились, его любимая кружка, и т.д. Образ материализуется, но в другом виде.
Пусть часы понемногу образуют диффузию реальности и не-реальности.
В комнате должно быть двое часов. У меня две жизни. Одна вперед, другая – назад. И обе они к чему-то должны привести. Может, они даже придут в одну точку.
«Иногда я вижу в своем сыне себя самого»

Надеюсь, никто не принял эту запись всерьез?

Об одежде, образе и синдроме Туретта

Среда, Август 19th, 2009

У нас снова началось лето. Это значит, как минимум, две вещи:
— Не придется больше кутаться в фуфайки, как 80-летняя бабушка;
— Днем мозг не будет работать.
Второй пункт особенно важен, потому как именно от него я сейчас и страдаю. Наверняка возникает вопрос: зачем что-то писать, если мозг не работает? Да, я испытываю бесперспективное желание опрокинуть эту тенденцию с ног на задницу. К тому же, блог веселит. Что странно, ведь моя страница не оформлена в стиле «неон».
Недавно в тему пересмотрел серию South Park о синдроме Туретта. «Если бы я мог сказать «вонючая жопа» в лицо директору, я был бы таааак счастлив!»
Так вот: культуролог МарГУ, я тебя ненавижу. Имей в виду это, когда выходишь из душа и потягиваешься перед окном. Я неплохо владею рогаткой.

Продолжим о значительных вещах.
Бульвар может быть одной из моделей мира. Каких только моделей мира нам не предлагают, — получите вот бульвар. Он такой же большой, там много людей, и всем на тебя плевать. У меня часто возникает желание пройтись по нему с каким-нибудь иностранцем или иностранкой, чтоб она сказала:
— Боже мой! А у нас лет 50 назад такие появились!
— А мы зато еще умеем удивляться! И чувствовать себя значительными, вместо того, чтобы пытаться выглядеть значительными. Посмотрите вот на этого парня в безрукавке. Видите бицепс? И я нет.
Одному тоже гулять неплохо. Можно поболтать с тем альтер-эго, который верит в лучшее. Получается интересный спор.
Если ты сидишь дома, и у тебя депрессия, выйди вечером на бульвар, с его желтыми огнями. Она мгновенно превратится в романтическую драматику (если есть такое слово). В общем, ты герой, которому должно быть посвящено минимум 300 страниц. И уж с этими 300-ми страницами мой отец не пойдет в туалет. Никто не пойдет с ними в туалет. Вы не хуже меня знаете, что будущее за глянцевой бумагой.
В комнате ужасная жара и духота. Вы часто сидите дома голышом? Я – никогда. Стесняюсь ли я своего тела? Если какая-нибудь милашка попросит меня раздеться, я сделаю это не раздумывая. Одежда – это, наверно, образ. И настроение. Почему я сейчас подумал о девушке, которая просит меня раздеться? Я не озабочен. На мне обтягивающая толстовочка. Она всегда так работает. Невероятно, но факт. Если я ее сниму, начну думать о футболе или о покере или о работе.
Мы здесь по большей части писатели, так ведь? Куда без образа. Так часто ли вы сидите дома голышом? (человек, который вдохновил меня на этот пассаж – я никому об этом не расскажу, клянусь. И — спасибо)
Ну вот. Кажется, и голова прочистилась, и настроение поднялось. Самое время сходить к другу на работу. Он продает унитазы. Такая прогулка, как минимум, не вгонит меня в тоску.
А лето, как максимум, опасно тем, что у меня нет темных очков, и я никогда не отдыхал в Испании. Только и всего.